Города Израиля Isracity.com

"Наша Газета" - электронная версия

"Наша Газета" - электронная версия

 
Главная
Дом и семья
Здоровье
Истории из истории
Образование
Праздники
Правовой ликбез
Фотогалерея
Юмор
"Наша Газета"
Архив новостей
Государственные учреждения
Экстренные службы
Семинар "Радуга"
 

Море телефонной крови

Елена Скульская(отрывок из книги Елены Скульской «Сорок градусов», посвященной « шестидесятникам»).

«Созвездие муз» представляет нашим читателям творчество Елены Скульской – поэта, прозаика, драматурга.

Один из любимейших зрителями артистов Валентин Гафт всю жизнь пишет злые эпиграммы и нежные лирические стихи. В эпиграммах он уверен и охотно их читает:

На себя

Гафт очень многих изметелил
И в эпиграммах съел живьем.
Набил он руку в этом деле,
А остальное мы набьем.

В стихах уверен гораздо меньше.

- Прочтите хоть одно стихотворение, Валентин Иосифович!

- Какое? Легкое, серьезное, забавное - какое вы хотите? У меня много стихов о зверях. Выбирайте зверя, я вам про него прочту. Про тигра? Хорошо.

И начинает читать, волнуясь, как первокурсник, наигрывая, педалируя:

Если б знали его предки,
Что за рвом, водой, за сеткой
Мечется их родич редкий,
Наступая на объедки.
Что в пижамах его детки,
Что бросают им конфетки,
Что полоски, как пометки -
Тени черной страшной клетки.

Для Гафта жизнь после сцены, как жизнь после смерти.

- Артист должен после спектакля исчезать. Воздействовать, а потом исчезать. Если артиста можно потрогать, то разрушается магия.

Несколько лет назад я пришла на встречу к Сергею Юрскому в театр имени Моссовета; по коридорам, буфету, фойе ходил Валентин Гафт и останавливал всех своих знакомых, чтобы прочитать свою новую эпиграмму. В ней довольно зло говорилось о Михаиле Жванецком, у которого угнали очень дорогой автомобиль; Гафт писал, что воры помогли Жванецкому вспомнить: сатирик, артист, художник должен быть победнее… Почему в свой выходной день Гафт гулял не по родному «Современнику», а по «Моссовету»? А просто в «Современнике» он уже прочел новую эпиграмму и пошел по другим театрам.

Кстати, о своем отношении к деньгам он сказал замечательно:

- Я небогатый человек, но никогда не стоял перед необходимостью что-то делать ради денег. Я, видимо, ограниченный человек, мне не нужно больше, чем у меня есть. Я бы не знал, как справиться с домом, с дачей, с роскошной машиной. Я вырос в коммунальной квартире, и у меня так и не возникла потребность жить по-другому. И я никогда бы не пошел в политику (ни ради выгод, ни ради славы), потому что в политике артист становится меньше, чем он есть. Он становится шутом на трибуне, а не на сцене. Мне нужно очень немного - книги, стол, на котором стоит водка и хорошая закуска, приготовленная женой, друзья, с которыми мы разговариваем неторопливо, и тепло, театр, сцена, зритель, ручка и бумага, чтобы писать…

Гафт играет профессора Хиггинса в «Пигмалионе» Бернарда Шоу. Это, по-моему, один из лучших спектаклей «Современника». Он доказывает, что Бернард Шоу в «Пигмалионе» вовсе не хотел сообщить, что «и крестьянки любить умеют». Цветочница Элиза Дулиттл легко входит в аристократическое общество оттого, что аристократия там - дутая. Профессор Хиггинс, обучающий Элизу, совершенный хам, воспитанный необыкновенно щепетильной в вопросах этикета миссис Хиггинс, которая, в свою очередь, комфортно чувствует себя исключительно в обществе пьяного мусорщика Дулиттла.

Это очень современный спектакль, поскольку на героев Шоу можно издалека, по телевизору, полюбоваться и сегодня - они приходят на чай к Элизе Дулиттл; а если очень повезет, то, надев фрак или вечернее платье, попадешь туда и сам, чтобы насмотреться всласть, как они сморкаются в кулак, говорят на родном воровском жаргоне и всячески радеют и споспешествуют просвещению.

Профессор Хиггинс в исполнении Гафта - грубиян с аристократической внешностью, которому все позволено.

- В Вас что-то есть от такого профессора Хиггинса?

- Все роли, которые я играл, написаны про меня. Если не про меня, то я играть не буду.
Мощь его дарования особенно видна, когда он по роли соперничает с кем-то молодым, с какой-нибудь восходящей звездой и побеждает. Как в фильме «Анкор, еще анкор!» Петра Тодоровского, где от него, старого полковника, уходит возлюбленная к молодому парню в исполнении Евгения Миронова. Персонаж Гафта кончает с собой, и когда он уходит из мира, оказывается, что и сам мир развалился…

О себе у него есть не только эпиграммы, но и стихи. Правда, сам он их стихами не называет - «Это кроткие этюды, упражнения на фантазию, на внимание». И все-таки:

Плаха

На сцене Плаха, все фатально,
Беда должна была случиться,
Я пересек границу тайны,
За это надо расплатиться.
Когда придут в разгар Игры
Семерка, Тройка, Туз - не ахай!
Невидимые топоры
Всегда висят над нашей Плахой.
Загадка есть - Разгадки нет,
Я наступил на темя Ямы,
Где кровь смывает с рук Макбет
И дремлет Пиковая дама.

Елена Скульская

(Продолжение - в следующем номере).

 

 

"Наша газета" - межрегиональное издание севера
Гл.редактор - Инесса Аграновская, e-mail: ngazeta@gmail.com

Перепечатка публикации - только с разрешения редакции "Нашей газеты" и администрации сайта.

обсудить на форуме

вверх

Платежная система RUpay - E-Gold, WebMoney, MoneyBookers, PayCash
Рейтинг@Mail.ru